Андрей Немзер
"Зачинайся русский бред..."

Публикация газеты "Время новостей"

Олег Павлов, известный прозаик (романы “Казенная сказка”, “Дело Матюшина”, “Карагандинские девятины”), лауреат премии “Букер — Открытая Россия”, выпустил сборник публицистики в московском издательстве “Русский путь”. Называется он “Русский человек в XX веке” — как и статья, где Павлов со- (а больше — противо-) поставляет Толстого и Солженицына, Платона Каратаева и Ивана Денисовича. В работе этой (частью — убедительной, частью — спорной) Павлов задается вопросом о том, что же произошло с этим самым русским человеком в минувшем столетии. Один из ответов, к которому автор подходит не в одной лишь заглавной статье, — это утрата чувства дома, а заодно и всякой уверенности в себе и мире. Поэтому сквозными героями Павлова становятся люди бездомные — бомжи, солдаты, пациенты типовой постсоветской больницы, заключенные. Поэтому так дорог Павлову Солженицын, разглядевший в Иване Денисовиче “простодушную любовь к родине”.

Книга открывается статьей “Русские письма”, предваренной несколькими курсивными строками: “Основой для этих размышлений послужили письма, адресованные А. И. Солженицыну в начале 90-х годов и публикуемые с его согласия. Каждое письмо содержало просьбу предать написанное гласности”. Все понятно: потерявший ориентиры человек, зачастую возвещающий, что отныне он никому не верит, хочет все же поведать свою печаль, во-первых, “отцу родному”, “совести нации”, писателю, а во-вторых, всему миру. Наивно? Конечно, наивно. Надсадно? В иных случаях — очень даже (и провоцирует не только сочувствие, но и раздражение). Только что делать с этой болью? Павлов пытается не только обнародовать чужие стоны, но и как-то на них ответить. Между прочим, после Солженицына, опубликовавшего “Россию в обвале”. И после многих других. Потому что заклинания о том, что, дескать, никому нынче в России до обездоленного человека дела нет вовсе не соответствуют действительности.

Нет политика, что не рассуждал бы о бедах “простых людей” и не грозил “темным силам”, жирующим на народном горе. Нет выпуска новостей, где не появилось бы сюжета о нищете, воровстве и прочих безобразиях. Демагогии (как корыстной, так и “для галочки”), разумеется, хватает и у политиков, и у журналистов (хотя свести к ней все значит солгать), но само обилие мрачных новостей, строгих укоризн и отчаянных пророчеств всеобщей скорой гибели весьма симптоматично. Никто не рискнет утверждать, что Россия живет хорошо, а тот, кто говорит хотя бы о некоторых позитивных сдвигах, тут же попадает в разряд сытых эгоистов, презирающих быдло”, якобы во всем виноватое и достойное скотской участи. По-моему, дело обстоит иначе: можно, веря в реальность и великую ценность нашей свободы и даже радуясь собственному успеху (если таковой случился), не закрывать глаза на окружающую мерзость и помнить о том, как худо живется тем… Скажем, тем, кто писал Солженицыну. Вне зависимости от того, кто виноват в бедах конкретного человека (государство, история, хваткий сосед или сам бедолага), боль остается болью. Кстати, если читать книгу Павлова внимательно (а читать ее надо так), станет ясно: писатель не идеализирует “простого человека” и не хуже своих подразумеваемых оппонентов знает и о том, что коллективизация была возмездием за “черный передел” барской землицы, начавшейся еще до октябрьского переворота, и о том, что свобода на дармовщинку — штука опасная. Просто есть “общие соображения”, есть проекты исправления экономики, государственного управления и нравов, есть мечты о высшей справедливости — и есть ужас от того, что обмороженную бомжиху выкидывают за порог больницы, а солдатика сперва замордовывают до дезертирства. Можно сказать, что все это мы и без Павлова знаем, начать цепляться к горячим словам, найти всему происходящему “разумные объяснения”, завалить собственную тревогу “расхождениями по частным вопросам” (у меня их хватает), но эти ухищрения не избавят от хмурой реальности, что движется на нас не только из статей Павлова. Не видеть ее — вскармливать новые беды. В этом суть книги, а если автор бывает излишне пафосен, односторонен и несправедлив, то лишь потому что сдержанным, всеохватным и справедливым вообще быть трудно. Мне не удается.

© www.pavlov.nm.ru
Hosting by Online Resource Center
Неофициальный сайт Олега Павлова