Публикация газеты "РОССIЯ"

Павел Басинский
"Казённые люди"

     Тема «казенного человека» в ХХ веке (в ХIХ веке сказали бы: «служивый», «чиновный») стала для Павлова центральной с тех пор, как сразу после школы юный идеалист-романтик, в 15 лет напечатавший в «Литературной газете» статью «о смысле жизни», угодил в конвойные войска под Карагандой.      «Русский человек в ХХ веке» – публицистическая книга одного из самых «жестких» современных писателей. Критика упрекает его в «очернении» действительности, но не так, как обвиняли в «очернении» в советские времена, с позиций обязательного соцреалистического оптимизма, а как бы буржуазно-гедонистической позиции: зачем, мол, все эти ужасы армейской и больничной (Павлов долго работал больничным охранником) жизни? Надо отдыхать и оттягиваться!
     Павлов с иронией рассказывает, как к нему в больницу после успеха «Казенной сказки» прикатила японская киногруппа снимать о нем фильм. «Слово «казенный» с русского языка не переводится, а начинаешь им объяснять – не понимают. Показываю на стену больничную, а сидим на вахте, на кипятильник и банку, где завариваем чай, на форму свою, на дубинку – вот, говорю, это все казенное, бездушное, чужое. Но объяснить до конца и самому трудно, будто за волосы себя тащишь».
     В «казенной» жизни Павлов ищет не поэзию, а правду. В этом плане он прозаик шаламовского направления. И еще – он тщится отыскать в ней смысл и оправдание бытия всех этих людей, которых жизнь обрекла на сугубо «казенное» существование, у которых нет и не может быть свободы выбора, да и не знают они о том, что это такое. Какая свобода выбора может быть у шахтера без зарплаты, у больничной сестры, у того же охранника больничного.
     «Бытовой современный фашизм на больничный лад... Была больница. Ходили в нее все годы советской власти как хотели, навещая свободно своих больных... Теперешние больницы обзавелись охраной... В самоохране этой, больничной, вокзальной, рыночной, стояночной, вооруженной, и невооруженной, и всякой прочей, кормится половина нашего народа – охраняет же не иначе как от другой половины». Замкнутый круг. Вернее, квадрат, похожий на тюремный двор.
     У Павлова в книге есть своя концепция России. Верна или нет, но прислушаться к ней стоит. Русский человек, считает он, никогда не жил свободно. И не будет жить. Ни монархия, ни социализм, ни демократия свободы ему не дадут, потому что он ее, строго говоря, и не просит. Он жаждет небесной справедливости, а не земной соревновательности, а где ж ее, небесную справедливость, на земле взять? Вот и мыкается русский человек.
     Но мыкаясь (именно мыкаясь, а не будучи счастлив), он и рождает из народной глубины перлы творчества. Перлы человеческой личности, будь то протопоп Аввакум или солженицынский Иван Денисович Шухов. Хорошо это? Как посмотреть.
     Книгу Павлова, несомненно, украшают откомментированные им письма простых людей к Солженицыну, которые предоставил ему сам классик.
     Читать книгу тяжело, но – стоит.


© www.pavlov.nm.ru
Hosting by Online Resource Center
Неофициальный сайт Олега Павлова